Жил-был человек, и была у него дочь, которую звали умной Эльзой. Когда она выросла, отец сказал: «Пора нам выдать её замуж». «Да, — сказала мать, — если бы только нашёлся кто-нибудь, кто бы её взял». Наконец пришёл издалека один человек по имени Ганс и посватался к ней; но поставил условие, чтобы умная Эльза была и вправду смышлёной. «О, — сказал отец, — ума у неё хватает», а мать сказала: «Ох, да она видит, как ветер по улице бежит, и слышит, как мухи кашляют». «Ну что ж, — сказал Ганс, — если она не по-настоящему смышлёная, я её не возьму». Когда они сидели за столом и уже поели, мать сказала: «Эльза, сходи-ка в погреб, принеси пива». Тогда умная Эльза сняла со стены кувшин, пошла в погреб и по дороге бойко постукивала крышкой, чтобы время не казалось долгим. Спустившись, она взяла себе стул и поставила его перед бочкой, чтобы не нагибаться и не повредить себе спину и не причинить себе нечаянно какого-нибудь вреда. Потом поставила перед собой кувшин и повернула кран, а пока пиво текло, не давала глазам бездельничать, а смотрела вверх на стену и, поглядев туда-сюда, увидела прямо над собой кирку, которую каменщики ненароком там оставили.
Тут умная Эльза заплакала и сказала: «Если я выйду за Ганса, и будет у нас ребёнок, и он вырастет, и пошлём мы его сюда в погреб нацедить пива, то кирка упадёт ему на голову и убьёт его». И сидела она, и плакала, и кричала изо всех сил над бедой, что ждала её впереди. Наверху ждали питья, а умной Эльзы всё не было. Тогда хозяйка сказала служанке: «Сходи-ка в погреб, посмотри, где там Эльза». Служанка пошла и нашла её перед бочкой: сидит и громко кричит. «Эльза, о чём ты плачешь?» — спросила служанка. «Ах, — отвечала та, — как же мне не плакать? Если я выйду за Ганса, и будет у нас ребёнок, и он вырастет, и придётся ему здесь цедить пиво, то кирка, может статься, упадёт ему на голову и убьёт его». Тогда служанка сказала: «Вот какая у нас умная Эльза!» — села рядом с ней и тоже принялась громко плакать над бедой. Немного погодя, так как служанка не возвращалась, а наверху хотели пива, хозяин сказал мальчику-работнику: «Сходи-ка в погреб, посмотри, где там Эльза со служанкой». Мальчик спустился, а там сидят умная Эльза и служанка и плачут вместе. Тогда он спросил: «О чём вы плачете?» «Ах, — сказала Эльза, — как же мне не плакать? Если я выйду за Ганса, и будет у нас ребёнок, и он вырастет, и придётся ему здесь цедить пиво, то кирка упадёт ему на голову и убьёт его». Тогда мальчик сказал: «Вот какая у нас умная Эльза!» — сел рядом с ней и тоже принялся громко выть. Наверху ждали мальчика, но так как он всё не возвращался, хозяин сказал жене: «Сходи-ка в погреб, посмотри, где там Эльза!» Жена спустилась, нашла всех троих в разгаре причитаний и спросила, в чём причина; тогда Эльза и ей рассказала, что её будущего ребёнка убьёт кирка, когда он вырастет и придёт цедить пиво, а кирка упадёт. Тогда и мать сказала: «Вот какая у нас умная Эльза!» — села и заплакала вместе с ними. Хозяин наверху подождал немного, но так как жена не возвращалась, а жажда его всё росла, он сказал: «Придётся мне самому сходить в погреб и посмотреть, где там Эльза». Но когда он спустился в погреб, а там все сидят вместе и плачут, и он услышал причину — что виной всему ребёнок Эльзы, которого Эльза, может статься, когда-нибудь родит на свет и которого может убить кирка, если он будет сидеть под ней и цедить пиво как раз тогда, когда она упадёт, — он воскликнул: «Ох, какая умная Эльза!» — сел и тоже заплакал вместе с ними. Жених долго оставался наверху один; потом, так как никто не возвращался, он подумал: «Должно быть, они ждут меня внизу; пойду-ка и я туда, посмотрю, что они там делают». Спустившись, он увидел, что все пятеро сидят, кричат и причитают так жалобно, что один громче другого. «Да что же за беда случилась?» — спросил он. «Ах, милый Ганс, — сказала Эльза, — если мы поженимся и будет у нас ребёнок, и он вырастет, и мы, может быть, пошлём его сюда нацедить чего-нибудь выпить, то кирка, которую там наверху оставили, может размозжить ему голову, если упадёт; так как же нам не плакать?» «Ну, — сказал Ганс, — больше ума для моего хозяйства и не нужно; раз ты такая умная Эльза, я тебя возьму», — схватил её за руку, повёл с собой наверх и женился на ней.
Пожил Ганс с ней какое-то время и говорит: «Жена, я пойду на работу, заработаю нам денег; а ты ступай в поле и сожни рожь, чтобы был у нас хлеб». «Хорошо, милый Ганс, сделаю». Когда Ганс ушёл, она сварила себе хорошей похлёбки и взяла её с собой в поле. Придя в поле, она сказала себе: «Что же мне делать: сперва жать или сперва поесть? Ох, сперва поем». Выхлебала она свою миску похлёбки, а когда наелась досыта, снова сказала: «Что же мне делать? Сперва жать или сперва поспать? Сперва посплю». И легла она во ржи и заснула. Ганс давно уже был дома, а Эльза всё не шла; и сказал он тогда: «Какая у меня умная Эльза: такая прилежная, что даже домой поесть не приходит». Но когда настал вечер, а её всё не было, Ганс пошёл посмотреть, сколько она нажала; а ничего не сжато, и лежит она во ржи и спит. Тогда Ганс поспешил домой, принёс птицеловную сеть с бубенчиками и обвесил её кругом, а она всё спала. Потом он побежал домой, запер дверь, сел на свой стул и принялся за работу. Наконец, когда совсем стемнело, умная Эльза проснулась, и когда она встала, вокруг неё всё зазвенело, и бубенчики звякали при каждом её шаге. Тут она испугалась, засомневалась, вправду ли она умная Эльза или нет, и сказала: «Я это или не я?» Но она не знала, что на это ответить, и постояла немного в сомнении; наконец подумала: «Пойду домой и спрошу, я это или не я, — уж они-то наверняка знают». Подбежала она к двери своего дома, а дверь заперта; тогда она постучала в окно и крикнула: «Ганс, Эльза дома?» «Да, — ответил Ганс, — она дома». Тут она перепугалась и сказала: «Ах, Господи! Значит, это не я», — и пошла к другой двери; но люди, услыхав звон бубенчиков, не захотели ей открыть, и никуда её не пустили. Тогда она убежала из деревни, и с тех пор её никто не видел.