Жил-был мельник, и была у него одна дочь-красавица; когда она выросла, ему захотелось выдать её замуж за хорошего человека, чтобы жила она в достатке. Он сказал себе: «Отдам её за первого подходящего человека, который придёт к ней свататься». Вскоре явился жених, и так как он казался очень богатым и мельник не нашёл в нём ничего худого, он и просватал за него дочь. Но девушка не любила его так, как невесте положено любить жениха. Не было у неё к нему доверия, и она не могла ни глядеть на него, ни думать о нём без внутренней дрожи. Однажды он сказал ей: «Ты ещё ни разу не побывала у меня в гостях, а ведь мы уже давно помолвлены». «Я не знаю, где твой дом», — ответила она. «Мой дом там, в тёмном лесу», — сказал он. Она стала отговариваться, что не сумеет найти туда дорогу. Но жених ответил только: «В следующее воскресенье ты непременно должна ко мне прийти; я уже позвал на этот день гостей, а чтобы ты не сбилась с пути, я посыплю тропинку золой».
Когда настало воскресенье и девушке пора было отправляться, на неё напал страх, которого она и сама не могла объяснить; и чтобы суметь найти дорогу назад, она набила карманы горохом и чечевицей и сыпала их по пути на землю. У опушки леса она увидела, что тропинка посыпана золой, и пошла по ней, на каждом шагу бросая по нескольку горошин направо и налево. Шла она целый день, пока не пришла в самую глушь, где лес был темнее всего. Там увидела она одинокий дом, такой мрачный и таинственный, что он ей вовсе не понравился. Она вошла, но не было там ни души, и повсюду стояла глубокая тишина. Вдруг чей-то голос закричал:
«Воротись, воротись, девица-краса, / В логове убийц не медли ни часа!»
Девушка подняла глаза и увидела, что голос идёт от птицы, которая висела в клетке на стене. И снова птица закричала:
«Воротись, воротись, девица-краса, / В логове убийц не медли ни часа!»
Девушка пошла дальше, из комнаты в комнату, но все они были пусты, и по-прежнему она никого не видела. Наконец спустилась она в погреб, а там сидела старая-престарая старуха, и голова у неё всё тряслась. «Не скажешь ли, бабушка, — спросила девушка, — здесь ли живёт мой жених?»
— Ах ты, бедное дитя, — ответила старуха, — куда же ты попала! Это логово убийц. Ты думаешь, что ты невеста и скоро будет твоя свадьба, а справлять свадебный пир ты будешь со смертью. Гляди, видишь тот большой котёл с водой, что мне велено держать на огне? Как только ты попадёшь к ним в руки, они безжалостно убьют тебя, сварят и съедят, потому что они людоеды. Если я не сжалюсь над тобой и не спасу тебя, ты пропала.
И старуха отвела её за большую бочку, за которой её совсем не было видно. «Сиди тихо, как мышка, — сказала она, — не шевелись и не говори ни слова, не то тебе конец. Нынче ночью, когда разбойники уснут, мы убежим вместе. Я давно уже жду случая убежать».
Едва она это проговорила, как вернулась безбожная шайка, волоча с собой другую молодую девушку. Все они были пьяны и не обращали внимания на её крики и мольбы. Они дали ей выпить три стакана вина — один белого, один красного и один жёлтого, — и от этого сердце её разорвалось, и она умерла. Потом они сорвали с неё нарядное платье, положили её на стол, изрубили её прекрасное тело на куски и посыпали солью.
Бедная невеста притаилась за бочкой, дрожа и трепеща всем телом, потому что увидела, какая страшная участь была уготована ей разбойниками. Тут один из них заметил, что на мизинце убитой девушки остался золотой перстень, и так как снять его легко не удавалось, он взял топорик и отрубил палец; но палец подскочил в воздух и упал за бочку, прямо на колени девушке, что там пряталась. Разбойник взял свечу и стал его искать, но найти не смог. «А за большой бочкой ты смотрел?» — спросил другой. Но старуха крикнула: «Идите-ка ужинать, а искать бросьте до завтра: палец никуда не убежит».
— Старуха дело говорит, — сказали разбойники, перестали искать палец и сели за стол.
Тогда старуха подмешала им в вино сонного зелья, и вскоре все они уже лежали вповалку на полу погреба, крепко спали и храпели. Как только девушка в этом убедилась, она вышла из-за бочки. Ей пришлось перешагивать через спящих, которые лежали тесно друг к другу, и каждую минуту её охватывал новый страх, как бы их не разбудить. Но Бог ей помог, и она благополучно перебралась через них, а потом они со старухой поднялись наверх, отворили дверь и поспешили что было сил прочь из логова убийц. Золу ветер развеял, но горох и чечевица проросли и поднялись над землёй так, что при лунном свете указывали им дорогу. Всю ночь шли они и только к утру добрались до мельницы. Тут девушка рассказала отцу обо всём, что случилось.
Настал день, назначенный для свадьбы. Приехал жених, собралось и множество гостей, потому что мельник позаботился позвать всех своих друзей и родных. Когда все сидели за пиром, каждого гостя по очереди просили рассказать какую-нибудь историю; невеста же сидела тихо и не говорила ни слова.
— А ты, моя милая, — сказал жених, повернувшись к ней, — неужто не знаешь ни одной истории? Расскажи нам что-нибудь.
— Ну что ж, расскажу я вам сон, — сказала невеста. — Шла я одна по лесу и пришла наконец к дому; внутри не было ни души, только птица в клетке на стене закричала:
«Воротись, воротись, девица, назад, — в логове убийц тебя не пощадят!»
— И ещё раз прокричала она те же слова.
— Милая моя, это всего лишь сон.
— Прошла я по всему дому, из горницы в горницу, но все они были пусты, и всё там было так мрачно и жутко. Наконец спустилась я в погреб, а там сидела старая-престарая старуха, и голова у неё всё тряслась. Я спросила её, не здесь ли живёт мой жених, и она ответила: «Ах ты, бедное дитя, попала ты в логово убийц; жених твой и вправду живёт здесь, но он убьёт тебя без всякой жалости, а потом сварит и съест».
— Милая моя, это всего лишь сон.
— Старуха спрятала меня за большой бочкой, и едва она это сделала, как домой вернулись разбойники и притащили с собой молодую девушку. Дали они ей выпить три вина — белого, красного и жёлтого, — и от этого она умерла.
— Милая моя, это всего лишь сон.
— Потом сорвали они с неё нарядное платье, разрубили её прекрасное тело на куски и посыпали солью.
— Милая моя, это всего лишь сон.
— И один из разбойников увидел, что на пальце у неё остался золотой перстень, а так как снять его было трудно, он взял топорик и отрубил ей палец; но палец подскочил в воздух и упал за большую бочку, прямо ко мне на колени. Вот он, этот палец с перстнем. — И с этими словами невеста достала палец и показала его всем гостям.
Жених, который во время этого рассказа побелел как смерть, вскочил и хотел бежать, но гости схватили его и крепко держали. Его выдали правосудию, и он вместе со всей своей шайкой убийц был приговорён к смерти за свои злодеяния.