Жили-были муж с женой, и давно уже, да всё понапрасну, мечтали они о ребёнке. Наконец жена стала надеяться, что Бог вот-вот исполнит её желание. В задней стене их дома было маленькое окошко, и из него виднелся чудесный сад, полный самых прекрасных цветов и трав. Но сад был обнесён высокой стеной, и никто не смел в него войти, потому что принадлежал он чародейке, которая обладала великой силой и которой боялся весь свет. Однажды стояла жена у этого окна и смотрела вниз, в сад, и увидела грядку, засаженную чудеснейшим колокольчиком-рапунцелем, и такой он был свежий да зелёный, что ей страсть как его захотелось; она прямо-таки чахла от тоски, бледнела и становилась всё несчастнее. Тут муж испугался и спросил: «Что с тобой, милая жёнушка?» «Ах, — ответила она, — если не поем я рапунцеля, что растёт в саду за нашим домом, то умру». Муж, который любил её, подумал: «Чем дать жене умереть, лучше уж сам принеси ей рапунцеля, чего бы это ни стоило». В сумерки перелез он через стену в сад чародейки, торопливо нарвал пригоршню рапунцеля и отнёс жене. Она тотчас сделала себе из него салат и с жадностью его съела. Так ей понравилось — так уж понравилось, — что на другой день захотелось ей рапунцеля втрое сильнее прежнего. Чтобы знать покой, мужу пришлось ещё раз спуститься в сад. И вот в вечерней мгле он снова туда полез; но, перебравшись через стену, страшно перепугался, ибо увидел перед собой чародейку. «Как ты смеешь, — сказала она, гневно глядя на него, — забираться в мой сад и красть, словно вор, мой рапунцель? Ты за это поплатишься!» «Ах, — отвечал он, — смилуйтесь, будьте милостивы, а не строги: я решился на это лишь от нужды. Жена моя увидала ваш рапунцель из окна, и так ей его захотелось, что она умерла бы, если б не поела его». Тогда чародейка смягчила свой гнев и сказала ему: «Если всё так, как ты говоришь, позволю я тебе унести с собой рапунцеля сколько хочешь, но только с одним условием: ты отдашь мне ребёнка, которого родит твоя жена; ему будет хорошо у меня, и я буду заботиться о нём, как мать». Муж с перепугу на всё согласился, и когда жена родила, чародейка тотчас явилась, дала ребёнку имя Рапунцель и унесла его с собой.
Выросла Рапунцель самой красивой девочкой на свете. Когда ей исполнилось двенадцать лет, чародейка заперла её в башне, что стояла в лесу; не было в той башне ни лестницы, ни двери, а только на самом верху маленькое окошко. Когда чародейке надо было войти, она становилась под окном и кричала:
«Рапунцель, Рапунцель, спусти мне косы скорей!»
Были у Рапунцель чудесные длинные волосы, тонкие, как золотая пряжа, и, заслышав голос чародейки, она расплетала косы, обматывала их вокруг крюка наверху у окна, и тогда волосы падали вниз на двадцать локтей, и чародейка взбиралась по ним наверх.
Прошёл год-другой, и случилось так, что королевич ехал через лес и проезжал мимо башни. Вдруг услышал он песню, такую дивную, что остановился и стал слушать. Это пела Рапунцель, которая в своём одиночестве коротала время, распевая нежным голосом. Захотел королевич подняться к ней и стал искать дверь в башню, но никакой двери не нашёл. Поехал он домой, но пение так глубоко тронуло его сердце, что каждый день он выезжал в лес и слушал его. Однажды, когда он вот так стоял за деревом, увидел он, что пришла чародейка, и услышал, как она кричит:
«Рапунцель, Рапунцель, спусти мне косы скорей!»
Тогда Рапунцель спустила косы, и чародейка взобралась к ней наверх. «Если это и есть та лестница, по которой поднимаются, попытаю-ка и я счастья», — сказал он, и на другой день, когда начало смеркаться, подошёл к башне и крикнул:
«Рапунцель, Рапунцель, спусти мне косы скорей!»
Тотчас упали вниз косы, и королевич поднялся наверх.
Поначалу Рапунцель страшно перепугалась, когда к ней вошёл мужчина, — таких её глаза ещё никогда не видывали; но королевич заговорил с ней совсем по-дружески и рассказал, что сердце его так взволновалось, что не давало ему покоя, и он должен был её увидеть. Тогда Рапунцель перестала бояться, и когда он спросил, пойдёт ли она за него замуж, а она увидела, что он молод и хорош собой, то подумала: «Он будет любить меня сильнее, чем старая госпожа Готель», — и сказала «да» и вложила свою руку в его. Она сказала: «Я охотно уйду с тобой, только не знаю, как мне спуститься. Приноси с собой каждый раз, как придёшь, моток шёлка, а я сплету из него лестницу, и когда она будет готова, я спущусь, и ты увезёшь меня на своём коне». Они уговорились, что до тех пор он будет приходить к ней каждый вечер, потому что днём приходила старуха. Чародейка ничего не замечала, пока однажды Рапунцель не сказала ей: «Скажите мне, госпожа Готель, отчего это вас так тяжело втаскивать наверх, тяжелее, чем молодого королевича, — он у меня вмиг оказывается?» «Ах ты, негодная девчонка! — вскричала чародейка. — Что я от тебя слышу! Я-то думала, что отлучила тебя от всего света, а ты меня обманула!» В гневе схватила она прекрасные косы Рапунцель, обмотала их дважды вокруг левой руки, правой схватила ножницы, и — чик-чик! — косы были отрезаны, и прекрасные пряди лежали на земле. И так была она безжалостна, что увела бедную Рапунцель в пустыню, где той пришлось жить в великом горе и нужде.
А в тот самый день, когда она прогнала Рапунцель, чародейка привязала отрезанные косы к крюку у окна, и когда королевич пришёл и крикнул:
«Рапунцель, Рапунцель, спусти мне косы скорей!» —
она спустила косы. Королевич поднялся, но вместо своей милой Рапунцель нашёл там чародейку, которая глядела на него злобным, ядовитым взглядом. «Ага! — насмешливо крикнула она. — Ты пришёл за своей милой, да только прекрасная птичка больше не сидит в гнезде и не поёт; её утащила кошка, а теперь она и тебе глаза выцарапает. Рапунцель для тебя потеряна; ты её больше никогда не увидишь». Королевич был вне себя от боли и в отчаянии бросился с башни вниз. Жизнь он сохранил, но терновник, в который он упал, выколол ему глаза. И бродил он, совсем слепой, по лесу, ел одни коренья да ягоды и только и делал, что плакал и горевал о потере своей милой жены. Так скитался он в горе несколько лет и наконец забрёл в ту пустыню, где в нищете жила Рапунцель с близнецами, которых она родила, — мальчиком и девочкой. Услышал он голос, и показался он ему таким знакомым, что пошёл он на него, а когда подошёл ближе, Рапунцель узнала его, бросилась ему на шею и заплакала. Две её слезинки упали ему на глаза, и глаза его прояснились, и он снова стал видеть, как прежде. Он отвёл её в своё королевство, где их встретили с радостью, и жили они потом долго, счастливо и в довольстве.